РЕКЛАМА:
Инфо-партнер:
Error code:6

Маршруты

08 Сентября

Додеканская одиссея

Архипелаг Додеканы расположился в юго-восточной части Эгейского моря в непосредственной близости от турецкого побережья. Додеканы – самая удаленная греческая территория, лежащая в 250 милях от Афин. Острова группы Додекан – типично греческие, хотя прежде и находились более 400 лет под турецкой властью. Название «Додеканы» происходит от греческого слова «додека», обозначающего число «12», т. к. островов всего 12: Родос (Rhodos), Кос (Kos), Калымнос (Kalymnos), Карпатос (Karpathos), Патмос (Patmos), Тилос (Tilos), Сими (Symi), Лерос (Leros), Астипалеа (Astypalea), Нисирос (Nisyros), Кассос (Kassos) и Халки (Halki). Каждый остров отличается индивидуальностью, историей, архитектурой, растительным миром. Ландшафт меняется от пышных кипарисовых и оливковых, сосновых лесов до голых вулканических скал.

Фото: Вершинин Сергей

Яхтенным центром является остров Кос, второй по величине остров на Додеканах. Марина Kos Island недавно была полностью заново построена и считается и лучшим, и наиболее ухоженным яхтенным портом в Греции. Каждый год в начале октября на острове Кос проводится международная парусная регата. Остров Кос – самый плодородный в этой группе островов и имеет лучшую туристическую инфраструктуру.

Прекрасным стартовым портом для круиза на яхте также являются острова Родос и Самос. Родос – самый большой остров группы Додекан. В древности на нем располагалась 35-метровая статуя Колосса, одно из семи чудес света. Порт находится прямо у знаменитого старинного города Родоса, одноименной столицы острова. Марина Мандраки находится в старом порту Родоса, в самой северной части острова, под средневековым замком. Здесь есть вода, топливо, души/туалеты.

Остров Сими к югу от острова Кос отличается неповторимой береговой линией. С незапамятных времен остров славился кораблестроителями и ныряльщиками за губками. Главные достопримечательности острова – великолепные песчаные пляжи и монастырь Архангела Михаила, построенный в XVIII в., с великолепными фресками и иконостасами. Маленький вулканический остров Нисирос лежит между Косом и Тилосом. По легенде, остров когда-то был соединен с Косом, но Посейдон во время битвы с титаном расколол его на две части.

Фото: Щенников Сергей

На этот раз мы решили отправиться в южную часть Додекан. Во время Второй мировой войны Додеканы были стратегической точкой, ключом к Дарданеллам и Балканам, за право обладания которыми в 1942–1944 гг. развернулись ожесточенные бои между британскими и итало-германскими войсками.

Спланированный маршрут выглядел следующим образом: Мармарис – Родос (г. Линдос) – Карпатос (южная часть) – Карпатос (г. Тристомо) – Алимия – Мармарис. За неделю нам предстояло побывать на двух военно-морских базах времен Второй мировой и на одной военно-воздушной. Стартовой точкой из-за близости к Родосу стал турецкий Мармарис, а средством передвижения – три лодки размерами от 41 до 43 футов.

Первый день плавания – 29 сентября – выдался благоприятным, и мы «долетели» до городка Линдос на о-ве Родос еще засветло, спустив паруса у входа в бухту. Линдос - славный и колоритный курортный городок, расположенный на склоне крутого холма, вершину которого венчает средневековый замок, построенный еще рыцарями-иоаннитами. В вечернее время, с подсветкой, он выглядел просто потрясающе.

Фото: Щенников Сергей

Притягательный Линдос отпустил нас только в пятом часу следующего дня, проводив гомоном прибывающих туристов. До следующей точки маршрута – южного берега острова Карпатос – расстояние немалое, и, учитывая отставание от графика, было принято решение идти в ночь. К вечеру ветер усилился, а ночью, где-то на полпути к цели, мы с зарифленными парусами уже болтались в крепком шторме. Один из экипажей не выдержал чересчур свежей погоды и вернулся, а оставшиеся яхты только под утро бросили якоря у южной оконечности Карпатоса, в нескольким сотнях метров от итало-германской военно-воздушной базы времен Второй мировой войны.

Додеканы стали итальянскими в апреле 1912 г. после Триполитанской, итало-турецкой, войны. Решив обосноваться здесь всерьез и надолго, итальянцы принялись последовательно избавляться от греков и их культурного наследия. С 1930 г. на острове началось интенсивное военное строительство – строились военно-морские базы, авиабазы, дороги, береговые батареи и другие фортификационные сооружения. После вступления Италии в войну в июне 1940 г. немцы, оценив стратегическое преимущество острова, разместили на авиабазе 90 штурмовиков «Юнкерс-87» и 50 истребителей «Мессершмит-109», что давало вермахту возможность контролировать главные проходы в Эгейское море и нейтрализовать британское морское превосходство в Восточном Средиземноморье. Но полный контроль над перемещением боевых самолетов и кораблей противника немцы достигли, когда установили радар, зона действия которого распространялась вплоть до Северной Африки.

В наши планы входило полазить возле базы по полузатонувшему кораблю, а также понырять и попытаться найти на дне немецкие гидросамолеты, затонувшие после налета британской авиации. Но часов в 10 утра начало задувать, а через час порывы ветра достигали 50 узлов. Пришлось ограничиться лишь фотографированием ржавой громадины погибшего судна. Карпатос подтвердил репутацию продуваемого всеми ветрами острова, недаром именно его южную часть, обозначенную на карте как «ветровая турбина», облюбовали серферы для своих катаний.

Снявшись с якоря, мы разошлись с нашими друзьями на встречных курсах и двинулись на север каждый своим маршрутом. Как следует поболтавшись на крутой волне, к исходу дня мы подошли к узкому проливу, отделяющему о-в Карпатос от соседнего о-ва Сария. Чтение лоции о проливе разбудило большие сомнения: «Узкий проход... подводные препятствия... глубины от 2 до 8 метров... легко судоходен в хорошую погоду». Приписка составителя о том, что «лично он не может эту информацию ни подтвердить, ни опровергнуть, поскольку сам здесь не проходил», и вовсе расстроила.

Сказать, что ветер в проливе был сильный – значит не сказать ничего. Дуло, как в аэродинамической трубе. На полных оборотах мы лавировали в проливе со скоростью в 2 узла. Смотрящий на носу каждые 10 секунд орал дурным голосом: «Разворачивай, камни!» – у меня реально дрожали колени, но мы проскочили между ними, как аргонавты между Геркулесовых столбов. Теперь я с уверенностью могу сказать, что место это непроходимо только при волне с востока из-за опасности зацепиться килем, попадая в ложбину между волн. Спустя 10 минут мы уже заходили в бухту Тристомо, что в переводе с греческого означает «три прохода».

Бывшая немецкая база торпедных катеров действительно напоминает кишку, вход в которую перегораживают два небольших скалистых островка. Судоходным оказался только один из трех проливов – самый узкий, южный. Не сбавляя оборотов, мы по набегавшей волне проскочили и его. По стечению обстоятельств у единственного пирса стояла большая яхта под немецким флагом. Других обитателей, если не считать коз, мы не заметили. Сама бухта была неглубокой и показалась довольно тесной даже для нас. В годы войны здесь, скорее всего, могло разместиться не более 5 торпедных катеров не самого большого класса.

Стихший было к ночи, ветер к утру снова посвежел, и мы, решив не тратить время на осмотр достопримечательностей, предприняли 35-мильный крюк на о-в Алимия, где собирались постоять подольше. Ветер в море несколько стих, что нельзя сказать о волнах, которые вырастали до размеров дачного домика.

Бухта Алимии приняла нас в свои объятия, подарив на сутки комфортную стоянку и солнечную погоду. Остров в такой же степени красивый, как и удобный, представляет собой подкову и способен обеспечить стоянку при любой погоде. Видимо, неспроста его выбрали итальянцы, а впоследствии и немцы для крупной военно-морской базы подводных лодок и торпедных катеров.

Условно внутренний залив можно разделить на две части: южная бухта (немецкая) и северная (итальянская). В северной части кроме казарм и дотов находятся две церкви и деревня, которая, впрочем, как и сам остров, необитаема с 1960 г. В лоции об острове информации совсем немного: «В южной бухте находятся брошенные строения, оставшиеся со времени Второй мировой войны. В одном из них ностальгирующие немецкие солдаты нарисовали серию карикатур, рассказывающих о том, какой могла бы быть жизнь на отдаленных тропических островах, если бы не было войны».

В действительности карикатуры с подписями на немецком нарисованы умело и описывают жизнь, которую вели солдаты на острове: сцены быта, игру в «островной скат», получение посылки из дома, муштру и т.д. Одну из комнат рука профессионального художника украсила типичным немецкими пейзажами.

Немецкие казармы и полуразрушенные доты не принесли нам ничего, кроме сгнивших гильз и противогазного бачка. Ночевали мы на прежнем месте – над затонувшим кораблем, привязавшись к бетонному кубику, служившему когда-то мурингом для «волчьей стаи» папаши Денница.

Утром мы переместились в северный залив и принялись искать следы пребывания британских коммандос. В сентябре 1943 г. Италия капитулировала и для итальянских моряков, служивших на отдаленных базах, война закончилась. Тогда британцы, пользуясь моментом, стали засылать на стратегические объекты региона группы коммандос с диверсионными задачами.

Фото: Вершинин Сергей

В апреле 1944 г. на острове высадилось 7 диверсантов, греков по национальности. По одной из версий, перед ними стояла задача вывести из строя подводные лодки, а по другой – подорвать радар на Карпатосе. Все они были схвачены и отправлены сначала на Радос, а потом в Салоники, где шестерых из них казнили как шпионов.

Искать следы последнего боя смельчаков имело смысл на северной части Алимии, где весной 1944 г. оставался немногочисленный немецкий гарнизон, а итальянцы к тому времени и вовсе покинули базу. И мы их нашли по пулевым отверстиям на одном из зданий, среди мелких камешков и козьих экскрементов – несколько гильз диаметром 9 мм от английского пистолета-пулемета «Стэн». Побродив среди развалин, мы были вознаграждены новыми трофеями, которые решили забрать с собой. Это была итальянская кофейная посуда довоенного производства.

Во время войны греки за подозрение в содействии британцам были выселены с острова, а потому мы решили обследовать и жилые постройки тоже. И не ошиблись. Человек, разрисовавший стены в одной из комнат, не был художником, но, вероятно, был хорошим моряком. Он не пожалел времени и красок, и по характерным деталям трех итальянских боевых кораблей и самолета их можно идентифицировать как подводную лодку класса Acciaio, торпедный катер серии 500, транспортный самолет SM-82 Canguru и легкий крейсер неизвестного типа.

Попрощавшись с островом, мы повернули в сторону турецкого побережья. В море никогда нельзя расслабляться, в чем мы в очередной раз убедились, когда в пяти милях от турецкого берега при ясной и почти безветренной погоде вдруг налетел шквалистый ветер и совсем рядом загромыхала гроза. Одновременно у нас порвался патрубок системы охлаждения, и нам пришлось повернуть в монастырскую бухту Сими, как в самое доступное и безопасное место в данной ситуации.

Мы заходили в бухту уже в темноте и бросили якорь поближе к ресторану. В этой бухте я бывал много раз, но всегда возвращаюсь с удовольствием, здесь даже колокольный звон на башне никогда не мешает спать. Панормитский монастырь – второй по значению на Додеканах – для меня, бесспорно, первый по красоте и удобству расположения. Есть три вещи, ради которых стоит прийти в Сими: красота, неописуемая в любую погоду, золотая икона Архангела Михаила и комната на втором этаже, где за много лет собраны всевозможные послания святому, заключенные в самодельные корабли, пластиковые и стеклянные бутылки, брошенные в море в самых разных местах, но выловленные в монастырской бухте. Если учесть, что сама бухта меньше точки на карте, а заход в нее напоминает панцирь улитки, можно уверенно назвать это чудом.

На следующий день берем курс на Турцию. Старпом снимает греческий флаг – додеканская одиссея закончилась.

 

Никулин Алексей


Написать комментарий


Текст комментария:



























111