РЕКЛАМА:
Инфо-партнер:

Личность в мире яхтинга

11 Сентября

Кругосветное плавание Джошуа Слокама

Джошуа Слокам | thecanadianencyclopedia.com

Джошуа Слокам | thecanadianencyclopedia.com

Призвание

Джошуа Слокам родился в 1844 году в Новой Шотландии. Он был потомком мореходов, хотя отец его изменил семейной традиции, предпочтя работу на ферме на Брайерс-Айленде нелегкому морскому делу. Впрочем, с фермой у него не слишком ладилось, хотя рядом с главой семейства трудились и жена, и дети. С восьми лет начал работать на ферме и Джошуа, хотя море влекло его с неодолимой силой.

Ему было двенадцать, когда он смастерил модель парусника, и отец застал его за этим занятием. Отец швырнул игрушку на пол и припечатал каблуком. После этого взялся за ремень. Во время порки он читал сыну нотации, но маленький строптивец продолжал молчать и только глотал слезы. Через несколько дней после экзекуции Джошуа Слокам сбежал из дома. В рыбацком порту он ходил от судна к судну, предлагая взять его на борт юнгой.

Несколько лет Джошуа Слокам ходил на рыболовных шхунах по заливу Фанди. В 17 лет он впервые пересек Атлантику на торговом барке. Потом оказался в экипаже английского судна, идущего в Китай, но заболел малярией и был списан на берег – умирать. Вопреки прогнозам молодой организм справился с болезнью, и вскоре Слокам поступил палубным матросом на пароход «Саушей». Все складывалось даже лучше, чем мечталось.

Кругосветное плавание Джошуа Слокама

Кругосветное плавание Джошуа Слокама

Труженик моря

В 18 лет он уже занимал должность второго штурмана, имея при этом полное право украсить правое ухо двумя серьгами – по старинному обычаю такой привилегией обладали те, кто обогнул мыс Горн. Молодой Слокам успел сделать это дважды...

В 1869 году, в 25 лет, моряк получил под свое начало шхуну, курсировавшую между Сиэтлом и Сан-Франциско, а год спустя стал капитаном барка «Вашингтон», ходившего в Австралию. Как-то ему дали специальное задание – доставить на Аляску строительные материалы, из которых на месте надо было собрать несколько десятков рыболовных ботов. Владельцы учли, что у Слокама имелся опыт судостроителя. Как-то он сконструировал и построил небольшое судно, ходил на нем целый сезон, а потом с немалой выгодой продал.

В это плавание Джошуа Слокам отправился уже женатым человеком. Молодую супругу он взял с собой. Но недаром говорится, что женщина на борту – к беде. Во время шторма барк разбило о скалы. Команде удалось спастись. Чтобы не терять времени в ожидании спасения, Слокам построил три китобойных бота и несколько месяцев успешно охотился на китов. Так что когда за ними пришел корабль, чтобы вывезти их на «большую землю», его трюмы заполнили промысловой добычей.

По возвращении Слокама владельцы «Вашингтона» сочли его неповинным в гибели барка, напротив, они были весьма удовлетворенны его оборотистостью. Так Джошуа Слокам стал капитаном баркентины «Конститьюшн». Вскоре он с ней расстался, но это было его собственное решение.

В 1873 году Слокам ходил капитаном на барке «Бенжамен Эймар». Прибыв с грузом в Манилу, он узнал, что владельцы продали барк, а новые хозяева решили переделать его в баржу. Оказавшись не у дел, он взялся построить большое судно по заказу местного жителя. Слокам расчистил участок в джунглях и заложил небольшую верфь. И все бы ничего, если бы не набеги китайцев с соседней верфи. Злясь на то, что новичок перехватил у них выгодный заказ, они не раз пытались сжечь и верфь, и обретающий форму корабль. С помощью своих рабочих Слокам отбил несколько нападений и спустил судно на воду точно в срок.

Авантюрист поневоле

В это время Джошуа Слокаму поступило предложение стать капитаном шхуны «Пато» и отправиться к рифу Норт-Дейнджер для спасения груза затонувшей английской бригантины. Слокам поинтересовался, что в ее трюмах. Ответ был весьма обтекаемым – он получил обещание получить значительные проценты  в случае реализации ее груза. На что Слокам согласно кивнул и начал торговаться. Как истинный янки, он был прагматиком и не любил пустых обещаний.

Искателям сокровищ не повезло. Слокам точно вывел «Пато» к месту крушения, но они даже не успели начать работы по подъему груза, как налетевший шторм сбросил бригантину с рифа на недоступную для ныряльщиков глубину. В неудаче экспедиции Слокам был не виноват, тем не менее, капитанский мостик «Пато» ему пришлось оставить. И к лучшему – он стал совладельцем барка «Нортерн Лайт», а вскоре – капитаном «Аквиднека», о котором говорил, что это судно казалось ему самым совершенным созданием рук человеческих. Но в декабре 1887 года в бухте Паранагуа в Бразилии «Аквиднек», пытаясь стать на якорь во время шквалистого ветра, был выброшен на рифы. И опять Слокаму удалось не только спасти свою жену и детей, которые были на борту, но и всю команду.

Тут-то и догнали капитана настоящие неприятности. Работы не было. Не было даже денег, чтобы семья вернулась в Соединенные Штаты. И тогда Слокам принял неожиданное решение: за сущие гроши купил туземную лодку, надстроил борта, настелил палубу и установил три маленькие мачты, на которых поднял паруса, похожие на те, которыми оснащаются китайские сампаны. Получившееся судно длиной в семь с половиной метра – то ли пирогу, то ли каноэ, то ли вообще непонятно что – он назвал «Либердаде» («Освобождение») и отправился на нем на север. Он был капитаном, его семья – командой.

Плавание протяженностью пять тысяч миль продолжалось почти год и закончилось в Бостоне. Пользуясь тем, что их приключение широко освещала пресса, Джошуа Слокам написал книгу, которую назвал «Плавание «Либердаде», и издал ее в 1894 году. Вырученные от продажи книги деньги пришлись кстати. Работы по-прежнему не было: век пароходов наступил окончательно и бесповоротно, и капитаны парусных судов оказались никому не нужны.

Рождение «Спрея»

Ибен Пирс, житель Нью-Бедфорда и давний приятель Слокама, решил ему помочь и предложил недорого купить свой шлюп, стоявший на приколе в Ферхейвене. Пирс сказал, что, шлюп не в лучшем состоянии, но, приведя его в порядок, Слокам может заняться рыбацким промыслом и неплохо заработать. Сумма, названная приятелем, была ничтожной, и сделка была заключена. Слокам отправился в Ферхейвен, но когда увидел бывшую собственность Ибена Пирса, первым делом решил, что над ним жестоко посмеялись. Эта посудина несколько лет простояла на берегу на подпорках, корму располосовали глубокие трещины, и, спусти ее на воду, она тут же пошла бы ко дну. Шлюп был не просто в плохом, он был в ужасающем состоянии.

Яхта

Яхта "Спрей" | byerly.org

И все же внутренний голос подсказывал Слокаму, что усилия по восстановлению шлюпа себя оправдают. Возможно, то была интуиция опытного моряка... На то, чтобы восстановить «Спрей» – такое имя получил шлюп, – у Слокама ушло 13 месяцев и 554 доллара, составлявшие практически все его сбережения. Но славный моряк и умелый судостроитель оказался никудышным рыбаком. В первую навигацию он ничего не заработал. Следующая тоже не обещала прибыли. Слокам вынужден был признать, что рыболовство не его стезя, и душа не лежит к каботажным плаваниям. Все громче звучал зов океанских просторов. Да и «Спрей» показал себя изумительным ходоком, на таком судне надо плавать, добираться до дальних берегов и чужих стран, а не спускать с его борта рыболовные снасти в заботе о хлебе насущном.

Тогда-то и родилась безумная, по мнению родных и друзей, идея отправиться на «Спрее» в одиночное кругосветное плавание. Судно есть, и отличное, путешествие денег больших не потребует: Слокам был неприхотлив и готов обходиться малым, по завершению же плавания можно написать книгу, что, как выяснилось, приносит неплохие деньги.

Отплытие

Глостерские рыбаки, гордящиеся своим земляком Альфредом Енсеном, первым в одиночку пересекшим Атлантику, приняли живое участие в подготовке «Спрея» к дальнему плаванию. В подарок Слокам получил много сушеной трески, бочонок рыбьего жира для усмирения волн, рыбацкий фонарь, новые сети и гарпун, ящик краски для днища и большую каютную лампу, которую можно было использовать и как печку. Сам капитан заложил в ломбарде свой хронометр и на вырученные деньги приобрел шесть бочонков для пресной воды и простые штампованные часы стоимостью в один доллар. На этом подготовку к кругосветному плаванию он счел законченной.

Джошуа Слокам покинул Глостер 7 мая 1895 года и направился к Ярмуту, последнему порту на американском побережье, откуда и должен был начаться его путь через океан. И вот же насмешка: стоило ему попробовать порыбачить, как он тут же поймал три трески, двух пикш, морскую щуку и палтуса. Это было искушение, и Слокам с ним справился. Назад дороги для него не было! 2 июля «Спрей» вышел из Ярмута и направился на восток.

Просторы Атлантики

Вечером 4 июля Слокам с трудом различил в сгущающейся темноте свет маяка на восточной оконечности острова Сейбл, известного своими мелями и сотнями погибших на них кораблей. Но опустился туман, и свет маяка растворился в нем. Капитану «Спрея» пришлось делать промеры глубин, и после полуночи он убедился, что участок мелей и рифов остался позади.

Следующий день удостоился особого упоминания в книге Джошуа Слокама «Один под парусами вокруг света»: «Вечером 5 июля «Спрею» взбрело в голову продолжить путь без помощи рулевого. Я правил на зюйд-ост-тень- зюйд, но затем ветер начал немного заходить, и судно, «попав в струю», пошло на зюйд-ост со скоростью 8 узлов». Оставалось только закрепить штурвал... Умение «Спрея» обходиться без рулевого весьма обрадовало Слокама.

В те годы бытовало суеверие, что в одиночестве человек может разучиться говорить, за чем может последовать безумие и даже самоубийство. Слокаму еще не приходилось надолго оставаться один на один со стихией, поэтому он решил вести беседы с чем и с кем угодно: с человеком с Луны, с волнами, с ветром, с самим океаном, с дельфинами и рыбами.

«Ровно в полдень я провозглашал: «Восемь склянок!» Или кричал из каюты: «Как на румбе?» Потом я вспомнил, что в детстве любил петь... Посмотрели бы вы, как выпрыгивали из воды дельфины, когда я, не щадя голоса, ублажал море и его обитателей! Старые черепахи, выпучив глаза и высунув головы из воды, слушали, как я пою «Джонни Уокер» и тому подобные песни. Впрочем, дельфины, судя по их прыжкам, относились ко мне благосклоннее, чем черепахи».

К 10 июля «Спрей» отошел на 1200 миль от мыса Сейбл. 150 миль в сутки! Великолепный результат для судна таких размеров. Пять дней спустя Джошуа Слокам догнал баркентину «Ла Вагиса». Узнав, что Слокам плывет один, ее капитан тут же удалился в каюту, очевидно не имея сил смотреть в глаза сумасшедшему, решившему распрощаться с жизнью. На следующий день с наветренного борта «Спрея» появилось еще одно судно – барк «Ява», шедший из Перу в Куинстаун. Узнав, что Слокам уже 14 дней находится в море, капитан барка приказал старпому спустить флаг – это означало, что большая «Ява» сдается маленькому «Спрею».

Утром 19 июля 1895 года Джошуа Слокам увидел землю. Это был остров Флориш, входящий в Азорский архипелаг. 20 июля впереди показался остров Пику, и в этот же день «Спрей» встал на якорь на рейде острова Фаял.

Штурман с «Пинты»

На Азорах капитан Слокам провел четыре дня. Радушно принятый островитянами и американским консулом, он пополнил запасы продовольствия и вежливо отклонил предложения добровольцев, высказавших готовность разделить с ним опасности дальнего плавания. На прощание ему вручили корзину слив и брынзу. Ими Слокам и поужинал в первый же вечер после того, как покинул Фаял. Комбинация оказалась неудачной: вскоре скрутило живот, потемнело в глазах, и Слокам потерял сознание.

 По счастью, прежде чем впасть в забытье, он успел спустить грот, оставив лишь кливер. Умница «Спрей» продолжал выдерживать курс и без участия своего хозяина. Утром капитан «Спрея» пришел в себя и обнаружил, что его судно преспокойно идет наперерез волнам. 4 августа, в 15 часов, «Спрей» вошел в гавань Гибралтара. Первый этап кругосветного плавания завершился.

Наперегонки с пиратами

Во время стоянки англичане из местного гарнизона всячески опекали капитана «Спрея». Адмирал Брюс лично распорядился прислать на яхту плотника и парусного мастера. Офицеры линейного корабля британского королевекого флота «Коллингвуд» радушно приняли у себя Джошуа Слокама, хотя у него не было цилиндра и фрака.

Здесь, в Гибралтаре, Спокам внес кардинальные изменения в свои планы. Раньше он хотел идти по Средиземному морю к Суэцкому каналу, чтобы потом выйти к Индийскому океану, но его забросали таким количеством историй о кровожадных пиратах, промышляющих в Красном море, что он решил изменить маршрут.

25 августа «Спрей» покинул гостеприимную гавань и двинулся на юг вдоль марокканского побережья. Он хотел уйти мористее, но не успел – из ближайшего порта вышла большая фелюга и устремилась за ним. Когда она приблизилась, то стало ясно, что команда ее – сплошь пираты – такие зверские у них были физиономии. Слокам хотел уже отправиться в каюту за винтовкой, но тут сильнейший шквал положил на бок фелюгу, а потом взялся за «Спрей». Мореплаватель едва успел спустить грот и закрепить сломанный гик. Только после этого он посмотрел в сторону пиратов и облегченно вздохнул: ураганный порыв ветра, чуть не оставивший без мачты «Спрей», сорвал с пиратского судна паруса. У Слокама появилось озорное желание описать круг вокруг обездвиженной фелюги, но это было бы ребячеством. И он пошел дальше.

В южных широтах

Слокам подчинялся ветру, придерживаясь не строгого курса, а общего направления. Он все дальше удалялся от берега Африки, пока не оказался в штилевой полосе. 16 сентября, когда «Спрей» находился на 4° с. ш. и 29° 30' з. д., его паруса поймали юго-восточный пассат. И Слокам решил плыть в Бразилию.

5 октября он достиг Пернамбуку, откуда взял курс на Рио-де-Жанейро, где и появился ровно месяц спустя. В Монтевидео и Буэнос-Айресе капитан «Спрея» привел свое судно в порядок: осмотрел корпус, укоротил мачту и бушприт, установил бизань. Все эти меры предосторожности вскоре оправдали себя. 28 ноября, у берегов Патагонии, на пути «Спрея» выросла гигантская волна... «Я взвился вверх по дирик-фалу, чтобы не оказаться смытым за борт, и тут над собой, выше клотика, увидел ее мощный гребень. Огромная гора воды обрушилась на судно. Оно задрожало всеми шпангоутами и повалилось на бок под страшной тяжестью, но сразу же выпрямилось и гордо понеслось по волнам».

11 декабря, пытаясь избежать встречного течения, Слокам слишком прижался к берегу и посадил «Спрей» на мель. Спустив тузик, он погрузил на него якорь, чтобы отвезти его мористее и во время прилива стащить яхту. Но тузик захлестнули волны, он перевернулся, и Слокам оказался в воде. Плавать он не умел, что было в порядке вещей для моряков тех лет. Чудом Слокаму удалось вернуть тузик на киль, а потом с помощью местных жителей стащить яхту с мели. То ли еще ожидало его впереди!
 
Повторение пройденного

Первоначально в планах Джошуа Слокама было обогнуть мыс Горн, однако у входа в Магелланов пролив его встретил такой шторм, что капитан «Спрея» вынужден был отказаться от попытки пробиться к югу. 11 февраля он вошел в Магелланов пролив. То борясь со встречными течениями, то подгоняемый попутными ветрами, «Спрей» преодолел его и 3 марта, оставив мыс Пилар по левому борту, вышел в Тихий океан. И тут начались неожиданности, которые, впрочем, в этих краях имеют силу традиции. Тут Слокам вспомнил слова старой моряцкой молитвы: «Помни, Господи, судно мое так мало, а твое море так велико!» Но встретивший его шторм лишь сильнее ярился. Он доверял своему суденышку: оно справится с ветром и волнами, но не устоит перед рифами...

Ему удалось оторваться от берега, но шторм тащил его на юг вдоль Огненной Земли. «Спрей» шел с зарифленным стакселем и туго выбранными шкотами. Еще немного, и он обогнет мыс Горн и вновь окажется в Атлантике. В последний момент Слокаму удалось проскользнуть между островами и через канал Кокберн пробраться в среднюю часть Магелланова пролива. В итоге он оказался на том же месте, которое оставил несколько недель назад.

Во время второго перехода Слокама через Магелланов пролив на него напали индейцы. Слокам спустился в каюту, чтобы перекусить, и тут услышал, как кто-то ходит по палубе. Потом раздались душераздирающие крики, затем стоны и плеск весел. Нет, не напрасно, зная о воровских привычках огнеземельцев, он рассыпал по палубе обойные гвозди! Вот и пусть убираются прочь на своих пирогах. С дырявыми пятками... Пройдя мыс Пилар, капитан «Спрея» вновь приветствовал великий Тихий океан.

По Тихому

На этот раз все шло превосходно. Ровный ветер, длинные волны, да к тому же из моря Слокам выловил несколько бочонков с салом и бочку вина. О судьбе корабля, потерявшего их, не хотелось и думать.

26 апреля 1896 года он увидел вершины острова Хуан-Фернандес, где пять лет провел английский моряк Александр Селькирк, послуживший прототипом Робинзона Крузо. На острове Слокам провел несколько дней, отлично отдохнув и выручив за бочки с салом много старинных монет, которые наверняка заинтересуют австралийских коллекционеров. Вновь выйдя в море, он оказался в зоне пассатов, которые помогли ему добраться до Самоа. Туда он прибыл спустя 72 дня, пройдя около 5000 миль. Это был рекордный переход и спокойное плавание, доставившее капитану «Спрея» огромное удовольствие.

Бросив якорь в бухте Апии, административного центра Самоа, Слокам удостоился необычного визита. К «Спрею» подплыла лодка, в которой сидели три девушки. Они приветствовали его как вождя, сочли, что он съел своих людей, которые были на борту, и поинтересовались, зачем он так долго плыл из Америки. Вежливый капитан ответствовал, что приехал затем, чтобы услышать их пение. Девушки запели. Пребывание на Самоа было подобно пребыванию в раю. К этому следует добавить неожиданное приглашение навестить миссис Роберт Луис Стивенсон. По окончании исключительно теплой встречи вдова знаменитого писателя вручила гостю четырехтомную «Лоцию Средиземного моря», сделав дарственную надпись на форзаце первого тома: «Капитану Слокаму. Эти книги читались и перечитывались моим мужем, и я уверена, что он был бы очень доволен их переходом во владение к одному из истинных мореплавателей, которых он любил больше всего на свете». Не без сожаления покинув Самоа, через 42 дня Джошуа Слокам прибыл в Австралию.

Дорога домой

Сначала в Ньюкасле, а потом в Сиднее капитан Слокам и его «Спрей» произвели сенсацию. Во всяком случае, с него не потребовали уплаты портовых сборов. А вот в Мельбурне его яхтенный сертификат не был признан, и Слокаму пришлось взимать по шесть пенсов с каждого посетителя яхты, чтобы набрать нужные шесть шиллингов шесть пенсов. Во время стоянок в австралийских портах Джошуа Слокам выступал с лекциями, а также удачно реализовал старинные монеты с Хуан-Фернандеса. В итоге он счел себя «вполне состоятельным человеком».

Зиму, а вернее, лето, ведь он находился в Южном полушарии, Слокам провел на Тасмании. После вторичного посещения Австралии 10 мая 1897 года «Спрей» отправился дальше. Половина кругосветки осталась позади, пора было двигаться домой... Джошуа Слокам прошел вдоль Большого Барьерного рифа, потом пробрался сквозь Торресов пролив, в котором рифы буквально подпирали друг друга. Одну из подводных скал «Спрей» чуть «пригладил» своим килем...

Впереди был долгий путь через Индийский океан. Побывав на острове Четверга, в последующие 23 дня плавания Слокам почти не прикасался к штурвалу. Добравшись до Кокосовых островов, он вытащил «Спрей» на берег, чтобы просмолить днище, и был чуть не унесен на утлой рыбацкой лодчонке в открытый океан, решив раздобыть на продажу несколько гигантских моллюсков-тридакн.

22 августа Слокам покинул Кокосовые острова, а 26 октября – остров Маврикий, куда завернул, чтобы с помощью лекций пополнить свой оскудевший бюджет и вообще расслабиться, пообщаться с людьми. Конечно, он направляется домой, но при этом никуда не торопится.

Замыкая круг

17 ноября «Спрей» прибыл в Дурбан. Здесь, в Южной Африке, Джошуа Слокаму вручили газету с подробным отчетом о его рейсе. Он стал знаменитостью! И даже великий Генри Стенли, американский журналист, исследователь Черного континента, счел за честь пообщаться с капитаном-одиночкой, совершающим беспримерное плавание.

В Южной Африке была еще одна примечательная встреча – с президентом Трансвааля Паулем Крюгером, которого местное население любовно называло Папашей. Когда помощник президента, представляя Слокама, упомянул, что тот плывет вокруг света, Папаша Крюгер гневно воскликнул: «Вы хотели сказать «по свету», не так ли? Ведь всем известно, что земля плоская, ибо таково установление Господне». Придерживаясь не столь ортодоксального мнения, капитан «Спрея», однако, не стал спорить, дипломатично переведя разговор на алмазные копи в Кимберли.

Вообще Слокаму очень понравилось в Южной Африке, и он с удовольствием путешествовал по этим экзотическим местам. Потому и вышел в море только 26 марта 1898 года. Сопровождаемый любопытными тюленями, он обогнул мыс Доброй Надежды, который, двигайся он с запада на восток, должен был увидеть больше года назад.

Ветер благоприятствовал «Спрею», и через 17 дней Джошуа Слокам был уже на острове Святой Елены, где некогда томился в изгнании Наполеон Бонапарт. Через три дня капитан снова был в море, направляясь к острову Вознесения. Туда он прибыл 27 апреля, после чего направился на восток-северо-восток, к острову Фернанду-ди-Норонья. Достигнув 30° з. д., 8 мая 1898 года «Спрей» пересек линию курса, которым шел 2 октября 1895 года. Круг замкнулся.

Родные места

14 мая, на траверзе устья Амазонки, Слокам увидел американский броненосец «Орегон». Корабль вывесил сигнальные флаги: «Нет ли поблизости военных кораблей?» Над тремя флагами сигнала развевался испанский флаг, чтобы было ясно, о каком враге идет речь. Так Слокам узнал о начавшейся испано-американской войне. Будучи человеком ответственным, капитан «Спрея» тоже поднял соответствующие флаги: дескать, кораблей не видел и «Давайте в целях взаимной безопасности держаться вместе». Ответа не последовало. Шутку не оценили.

17 мая Слокам прошел остров Дьявола, потом миновал Тринидад, а вот на Гренаду завернул, чтобы отдать письма, врученные ему еще на Маврикии. Из Антильских островов он отдал предпочтение Доминике и Антигуа, где ему в последний раз отметили свидетельство, разрешающее плавать в одиночку. Впоследствии документ этот был передан на хранение в Государственное казначейство в Вашингтоне.

Беседуя ночью с лунным человеком, Слокам  размышлял о том, что неплохо бы заглянуть и на Каймановы острова, и решил, что еще вернется сюда. Пройдя 30-ю параллель, «Спрей» попал в свирепый шторм, сравнимый разве что с тем, который он пережил у Огненной Земли, а вблизи острова Файр судно столкнулось с торнадо, который изрядно потрепал Нью-Йорк. Однако капитан вовремя убрал паруса, и «Спрей» не пострадал. Назавтра после полудня, оставив позади 46 тысяч миль, яхта Джошуа Слокама обогнула мыс Монтаук-Пойнт и в 13 часов 27 июня 1898 года бросила якорь в бухте Бостона.

Чтобы поставить последнюю точку, Слокам отвел «Спрей» в Ферхейвен и набросил конец на кедровую сваю, которую забил в день спуска «Спрея» на воду. И тут душа капитана преисполнилась покоем...

После плавания

Рассказ Джошуа Слокама о путешествии появился на следующий год в журнале «Сенчури иллюстрейтед». Отдельным изданием книга «Вокруг света в одиночку» вышла в 1900 году и, как никакая другая, оказала влияние на развитие океанского яхтинга. В ней есть такие слова: «Чтобы в чем-либо преуспеть, надо хорошо понимать дело, за которое берешься, и быть готовым к любой случайности. Теперь, когда я смотрю на свои скромные достижения, то вижу перед собой только набор плотницкого инструмента, жестяные часы и горсть обойных гвоздей – вот как будто все, что потребовалось для осуществления моей затеи. Но нет! Ведь были же многие годы учения, когда я усердно познавал Нептуновы законы. Этим законам я следовал на протяжении всего плавания. И в этом заключалось главное».

Джошуа Слокам плавал на «Спрее» до 1909 года. Чаще всего он бывал на Каймановых островах, словно выполняя обещание, которое дал себе и человеку на Луне. Но в тот год ему захотелось новых ощущений и он отправился к устью Ориноко. 14 ноября 1909 года он отошел от острова Мартас-Виньярд. Последний человек, повстречавший яхту Слокама, на вопрос: «Куда вы плывете, капитан?» – получил ответ: «Далеко».

Больше ни самого Слокама, ни «Спрея» никто не видел. Может быть, внезапный шквал потопил яхту. Может быть, случился пожар. По мнению же известного писателя-мариниста Эдварда Сноу, «Спрей» был потоплен почтовым пароходом возле острова Тортола... Если это так, то пароходы, которые много лет назад лишили Джошуа Слокама капитанского мостика и которых он наказал за гордыню своим плаванием вокруг света, все же взяли верх. Но мечту, любовь к морю и ветру, к парусам и приключениям одолеть нельзя. Джошуа Слокам доказал это, а значит – остался непобежденным.



Борисов Сергей


Написать комментарий


Текст комментария:










Проститутки одесса с фото смотрите на сайте.
















111